Aim. To compare the results of surgical treatment of patients with gastric adenocarcinoma and esophagogastric junction cancer (EGJC) who received neoadjuvant chemotherapy (NCT) FLOT with primary operated patients.
Materials and methods. A retrospective cohort study included 177 patients who underwent radical surgical treatment at the Burdenko Faculty Surgery Clinic of Sechenov University for gastric cancer (GC) and/or EGJC Sievert Type II–III in the period from January 2018 to December 2022. The main group consisted of patients (n=28) who received NCT FLOT. Patients in both groups did not statistically significantly differ in average age (p=0.110), ASA status (p=0.541), ECOG status 0–3 (p=0.12), localization (p=0.063), depth of invasion (p=0.099) and histological structure of the tumor (p=0.787). In the main group, more patients with lesion of the regional lymph nodes were expected (p<0.001). According to the most significant indicators [postoperative complications, the presence of a "positive" edge of resection (R1), recurrence and/or progression of GC], we performed a quasi-randomization by the matching procedure, taking into account the selection of the nearest neighbors.
Results. In 92.9% of patients in the main group and in 94.9% of the control group, R0 resection (p=0.750) was achieved. The number of removed lymph nodes was statistically significantly higher in the main group (average 26 vs 21; p=0.010). There was no difference in intraoperative blood loss (p=0.294) and hospital stay (p=0.992). The average duration of surgery in the main group was 319 minutes, compared to 250 minutes in the control group (p<0.001). In the early postoperative period, the total number of complications (CD I–IV) was higher in the main group (p=0.031), however, there was no difference in the number of small (CD I–II; p=0.094) and significant (CD III–V; p=0.142) complications. Postoperative mortality in the first 30 days after surgical treatment was 3.6 and 2.5% in the main and control groups, respectively (p=0.764). The overall 6-month survival rate in the control group was 95.9% vs 90.9% in the main group, and the 12-month survival rate was 88.8% vs 75.7%, respectively. The reccurence-free 6-month survival rate in the control group was 96%, in the main group – 100%; the reccurence-free 12-month survival rate in the control group was 92.1%, in the NCT group – 93.3%.
Conclusion. NCT FLOT in the treatment of GC and EGJC Sievert Type II–III does not increase the level of intraoperative blood loss, the number of postoperative complications and the duration of hospitalization. The 6-month and one-year survival rates did not differ in the two groups. Considering that the majority of patients in the NCT group belonged to the cN+ category, with an initially less favorable treatment prognosis, it can be assumed that comparable survival results were achieved thanks to NCT.
Цель. Сравнить результаты хирургического лечения больных аденокарциномой желудка и кардиоэзофагеальным раком (КЭР), получавших неоадъювантную полихимиотерапию (НПХТ) по схеме FLOT, с первично оперированными пациентами.
Материалы и методы. В ретроспективное когортное исследование включили 177 пациентов, которые проходили радикальное хирургическое лечение в клинике факультетской хирургии им. Н.Н. Бурденко ФГАОУ ВО «Первый МГМУ им. И.М. Сеченова» (Сеченовский Университет) по поводу рака желудка (РЖ) и/или КЭР Зиверт тип II и III в период с января 2018 по декабрь 2022 г. Основную группу составили больные (n=28), которые на дооперационном этапе получали НПХТ по схеме FLOT. Пациенты в обеих группах статистически значимо не отличались по среднему возрасту (p=0,110), соматическому статусу ASA (p=0,541), статусу ECOG 0–3 (p=0,12), локализации (p=0,063), глубине инвазии (p=0,099) и гистологическому строению опухоли (p=0,787). В основной группе было ожидаемо больше пациентов с поражением регионарных лимфатических узлов (p<0,001). По наиболее значимым показателям (послеоперационные осложнения, наличие «положительного» края резекции R1, рецидив и/или прогрессия РЖ) мы провели квазирандомизацию процедурой сопоставления (matching) с учетом подбора ближайших соседей.
Результаты. У 92,9% пациентов основной группы и у 94,9% контрольной были достигнуты «чистые» края резекции R0 (p=0,750). Количество удаленных лимфатических узлов статистически значимо больше было в основной группе (среднее 26 против 21; p=0,010). Разницы в интраоперационной кровопотере (p=0,294) и времени пребывания в стационаре (p=0,992) между группами не выявлено. Средняя продолжительность операции в основной группе составила 319 мин против 250 мин в контрольной (p<0,001). В раннем послеоперационном периоде общее количество осложнений (СD I–IV) было больше в основной группе (p=0,031). Однако по количеству малых (СD I–II; p=0,094) и значимых (СD III–V; p=0,142) осложнений разницы не было. Послеоперационная летальность в первые 30 сут после хирургического лечения составила 3,6 и 2,5% в основной и контрольной группах соответственно (p=0,764). Общая 6-месячная выживаемость в контрольной группе была 95,9% против 90,9% в основной группе, 12-месячная – 88,8% против 75,7% соответственно. Безрецидивная 6-месячная выживаемость в контрольной группе составила 96%, в основной группе – 100%; безрецидивная 12-месячная выживаемость в контрольной группе составила 92,1%, в группе НПХТ – 93,3%.
Заключение. Проведение НПХТ FLOT больным РЖ и КЭР не увеличивает уровень интраоперационной кровопотери, количество послеоперационных осложнений и продолжительность госпитализации. Полугодичная и годичная выживаемость не отличались в группах. Учитывая, что большинство пациентов группы НПХТ относились к категории cN+ с исходно менее благоприятным прогнозом, можно предположить, что сопоставимые результаты выживаемости удалось получить благодаря НПХТ.