Common forms of basal cell carcinoma of the skin: The first experience with sonidegib in the B-SURE observational study in Russia

Full Text

Введение

Распространенные формы базальноклеточного рака кожи (БКРК) делятся на местно-распространенные (мрБКРК), на долю которых приходится около 1–3% пациентов, и метастатические (мБКРК) с наличием регионарных и/или отдаленных метастазов, которые встречаются крайне редко – у 0,0028‒0,55% пациентов [1], что требует морфологической верификации метастатических очагов для исключения метастазов другой опухоли. В литературе описано всего несколько сотен таких случаев [2, 3]. К факторам, связанным с повышенным риском метастазирования, относятся большой размер первичной опухоли (10 см²), наличие периневральной инвазии, инфильтрирующий гистологический тип, высокая плотность внутриопухолевых сосудов, а также рецидивирующее и местно-распространенное течение заболевания [4]. Чаще всего БКРК метастазирует в регионарные лимфатические узлы, затем в легкие, кости, отдаленные участки кожи и печень, при этом в литературе также описано поражение пищевода, мошонки, твердой мозговой оболочки [4]. По данным ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина», которые опубликованы в 2025 г. [5], среди всех случаев БКРК зарегистрировано 94 (3,4%) случая мрБКРК и мБКРК. При этом на долю мрБКРК пришлось большинство случаев – 78 (2,8%), тогда как мБКРК был отмечен у 16 (0,6%) пациентов.

Прогноз при мрБКРК остается неблагоприятным, что во многом связано со значительным снижением качества жизни (КЖ) и социальной адаптации пациентов ввиду обширных дефектов. Прогноз при мБКРК неблагоприятный, это редкое и жизнеугрожающее состояние. На основании серий из 364 клинических наблюдений, опубликованных в 1984–2011 гг., медиана общей выживаемости у таких пациентов составила 8–10 мес [2, 3].

Изучение молекулярных механизмов позволило выявить, что активация сигнального пути Hedgehog (Hh) лежит в основе развития БКРК у 90% пациентов. Впервые данный механизм развития онкологического заболевания описан при синдроме Горлина–Гольца.

В 1950-е годы в животноводческих хозяйствах западных штатов США отмечались эпизодические вспышки рождения ягнят с циклопией. Позднее установлена связь данного феномена с поеданием суягными овцами дикорастущего растения Veratrum californicum (черемица калифорнийская), что в конечном итоге привело к идентификации растительного тератогена циклопамина, который содержится в листьях растения [6]. Циклопамин обладает тератогенным действием, при этом в исследованиях на животных установлено, что циклопамин ингибирует сигнальный путь Hh [7] и вызывает регрессию БКРК в экспериментальных моделях на мышах [8]. Циклопамин продемонстрировал эффективность в доклинических исследованиях, однако химическая нестабильность циклопамина и редкая встречаемость в естественных условиях послужили стимулом к созданию синтетического аналога. Так, в 2005 г. синтезирован первый ингибитор сигнального пути Hh для лечения мрБКРК [9].

Два основных регистрационных исследования II фазы позволяют сделать вывод об эффективности и переносимости ингибиторов Hh у пациентов с распространенным БКРК. В исследовании висмодегиба ERIVANCE непосредственную эффективность оценивали с использованием критериев оценки ответа на терапию при солидных опухолях RECIST 1.0, при этом частота объективных ответов (ЧОО) при мрБКРК, по оценке исследователя, составила 60,3% (31,7% полных и 28,5% частичных ответов), тогда как при мБКРК ЧОО – 48,5% (0% полных ответов) [10]. В исследовании BOLT оценивали эффективность сонидегиба, в котором ЧОО при лечении пациентов с мрБКРК, по оценке исследователя при пересчете по критериям, которые применялись в исследовании ERIVANCE (RECIST 1.0), составила 74,2% (28,8% полных и 45,5% частичных ответов) [11]. ЧОО при лечении сонидегибом пациентов с мБКРК составила 23,1% (0% полных ответов) [12]. Переносимость терапии по частоте и степени тяжести развития наиболее частых и беспокоящих пациентов нежелательных явлений (НЯ), таких как мышечные спазмы и дисгевзия, была ниже по данным исследования с сонидегибом: мышечные спазмы любой степени тяжести отмечены у 54,4% пациентов, получавших сонидегиб, по сравнению с 70,6% после терапии висмодегибом, а дисгевзия (искажение вкусовых ощущений) любой степени тяжести зафиксирована у 44,3 и 70,6% пациентов, соответственно [13].

Прямых сравнительных исследований сонидегиба и висмодегиба не проводилось, однако известно, что для них характерны разные фармакокинетические профили. Сонидегиб обладает более длительным периодом полувыведения (T1/2=28–30 сут) по сравнению с висмодегибом (T1/2=4–12 сут), обеспечивая длительное ингибирование мишени, а также высоким объемом распределения (9170 л) по сравнению с висмодегибом (16–27 л), который характеризует высокую степень захвата лекарственного средства тканями из крови. Сонидегиб – более липофильный, его концентрация в коже в 6 раз выше, чем в плазме [14].

Отсутствие исследований сонидегиба в России и опыта его применения у российской популяции пациентов в рутинной практике (как у пациентов без предшествующей таргетной терапии, так и у пациентов, которые ранее получали терапию висмодегибом с неудовлетворительной переносимостью) обусловливает важность и необходимость получения собственных данных применения сонидегиба, который зарегистрирован в России в сентябре 2024 г.

Цель исследования B-SURE (Basal cell carcinoma – Sonidegib Use in Real-world Evidence) – оценить эффективность и безопасность таргетной терапии сонидегибом у пациентов с мрБКРК и мБКРК без предшествующей системной терапии ингибитором Hh, а также у пациентов, которые ранее получали другой ингибитор Hh – висмодегиб. Целью настоящей публикации является представление результатов лечения первых 10 включенных в исследование пациентов без представления данных оценки КЖ.

Материалы и методы

B-SURE – проспективное наблюдательное неинтервенционное исследование по оценке безопасности и эффективности применения препарата сонидегибу пациентов с мрБКРК и/или мБКРК в рутинной клинической практике с ретроспективной частью проспективно включенных пациентов в программу раннего доступа к препарату сонидегиб.

В данном исследовании не планировали выполнения каких-либо дополнительных процедур или лечебных вмешательств. Пациенты были включены в исследование после подписания формы добровольного информированного согласия и посещали клинические центры в соответствии с обычной клинической практикой. Пациенты проходили стандартные процедуры и обследования в соответствии с клиническими рекомендациями и решением врача. Проведение визитов планировалось каждые 3–4 мес, согласно действующим клиническим рекомендациям. Доступные данные по применению сонидегиба пациентами собирались во время визитов в клинический центр. Из специфических процедур исследования пациентам предлагали заполнить опросники по оценке КЖ EORTC QLQ-C30, версия 3, и EQ-5D-5L, версия 1,2, до начала терапии сонидегибом и далее каждые 3 мес во время очередных визитов в клинику. Выполнения дополнительной биопсии или иных инвазивных вмешательств в рамках данного исследования не планировалось, если этого не требовалось в соответствии с рутинной практикой.

Предполагамая продолжительность наблюдения за каждым пациентом в рамках исследования составляет 24 мес, которая, по данным клинических исследований, перекрывает медианы выживаемости без прогрессирования (ВБП) и медиану длительности ответа в случае развития объективного ответа, а также позволяет оценить переносимость терапии.

Изучение исходных данных включает сбор демографических данных пациента, историю болезни и лечения, лабораторные данные и результаты медицинского осмотра по оценке врачей и на основании результатов, сообщаемых пациентами относительно симптомов и КЖ. История лечения включает все его варианты (хирургическое, лучевое и лекарственное), сроки проведения и результат.

Критерии оценки

1. Безопасность:

• частота возникновения НЯ любой степени согласно критериям CTCAE 5.0 у всех включенных в исследование пациентов и отдельно по группам терапии (без предшествующего лечения ингибитором Hh и после терапии висмодегибом);
• частота возникновения НЯ 3–4-й степени тяжести согласно критериям CTCAE 5.0 у всех включенных в исследование пациентов и отдельно по группам терапии (без предшествующего лечения ингибитором Hh и после терапии висмодегибом);
• частота отмены терапии по причине непереносимости среди всех включенных в исследование пациентов и отдельно по группам терапии (без предшествующего лечения ингибитором Hh и после терапии висмодегибом).

2. Эффективность:

• ЧОО – доля пациентов с полным (ПО) или частичным ответом (ЧО) на терапию сонидегибом с оценкой при помощи критериев RECIST 1.1);
• на основании (1) клинической оценки (фотографирования опухолевых очагов с линейкой) и/или (2) рентгенологической оценки (компьютерной томографии – КТ/магнитно-резонансной томографии – МРТ) морфологическую верификацию до начала терапии и при установлении полного ответа проводили при наличии возможности и согласия пациента.

Статистический анализ

Поскольку исследование не предполагает проверки заранее сформулированной статистической гипотезы, расчет выборки и статистической мощности считается неприменимым. Представленный анализ включает запланированный первый анализ данных безопасности и эффективности при включении первых 10 пациентов. Статистический анализ и визуализацию полученных данных проводили с использованием среды для статистических вычислений R 4.5.1 (R Foundation for Statistical Computing, Вена, Австрия). Описательные статистики для количественных переменных представлены в виде среднего (± стандартное отклонение) и медианы (1-й; 3-й квартили), а описательные статистики для категориальных переменных – в виде абсолютной и относительной частот. ВБП анализировали с использованием метода Каплана– Мейера.

Одобрение этического комитета

Протокол неинтервенционного исследования MELPRO-0325 (B-SURE), форма информированного согласия, версия 01, рассмотрены и одобрены этическим комитетом ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина», выписка из протокола №3 от 27.03.2025, а также этическим комитетом «БиоЭтика» (г. Санкт-Петербург), выписка №1 из протокола №319 от 24.04.2025 (одобрены документы исследования и его проведение, запланирован плановый пересмотр). Исследование проводится в соответствии с Хельсинкской декларацией, Федеральными законами РФ №323, 152 и национальным стандартом ГОСТ Р 52379-2005 («Надлежащая клиническая практика»). Все участники подписали письменное информированное согласие на участие в исследовании.

Результаты

Общая характеристика пациентов

На сентябрь 2025 г. в исследование включены 10 пациентов: 9 с мрБКРК и 1 пациент с мБКРК, из них 6 (55%) – женщины, 4 (45%) – мужчины (табл. 1). Опухолевый процесс преимущественно локализовался на коже головы и шеи – у 9 (90%), у 1 (10%) пациента с мБКРК первичный процесс выявлен на коже верхней конечности. Возраст пациентов на момент установления первичного диагноза составил 17,5–76 лет, что отражает разнородность группы, а медиана возраста на момент начала участия в исследовании – 69,3 (44,2; 76,2) года. Медиана времени от установления диагноза до развития неоперабельной формы БКРК составила 67,5 (27,5; 133) мес. У 50% пациентов нерезектабельный/метастатический БКРК развился в течение ≤5,8 года. До начала терапии сонидегибом почти все пациенты получили различные варианты локального лечения по поводу БКРК, включая радикальное хирургическое вмешательство, лучевую терапию, фотодинамическую терапию и другие методы локального контроля. Три пациента ранее получали висмодегиб (Hh-ингибитор): у одного пациента терапия висмодегибом была отменена в связи с непереносимостью, далее ее не возобновляли в связи с отсутствием препарата и прогрессированием через 3,5 мес после отмены терапии; у второго пациента висмодегиб был отменен в связи с прогрессированием заболевания через 23 мес после начала лечения; у третьего пациента висмодегиб был отменен после 6 мес терапии в связи с достижением полного клинического ответа на фоне непереносимости, что привело к прогрессированию через 9 мес после отмены препарата (табл. 2).

 

Таблица 1. Характеристика всех включенных в исследование пациентов

Table 1. Characteristics of all included patients

Пациенты	Пол, ж/м	Возраст на момент начала терапии сонидегибом, лет	Локализация первичной опухоли	Вариант БКРК (мрБКРК/мБКРК)	Терапия висмодегибом в анамнезе
1	ж	78	Кожа лица (нижнее веко левого глаза)	мрБКРК	Нет
2	ж	70	Кожа лица (спинка и кончик носа, крыло носа справа)	мрБКРК	Нет
3	ж	68	Кожа лица (щека слева)	мрБКРК	Нет
4	ж	44	Кожа лица (кожа лба)	мрБКРК	Да
5	м	87	Кожа лица (первично-множественный процесс [внутренний угол правого глаза, спинка носа, кожа лба])	мрБКРК	Нет
6	м	44	Кожа лица (наружный угол правого глаза)	мрБКРК	Да
7	м	71	Кожа плеча и лопаточной области слева (язвенный дефект): метастазы в легкие	мрБКРК и мБКРК (легкие)	Нет
8	ж	27	Кожа лица (мягкие ткани левой околоушно-жевательной области)	мрБКРК	Нет
9	ж	19	Кожа лица (нижнее веко правого глаза)	мрБКРК (у пациента множественные злокачественные новообразования: меланома кожи (n=4), БКРК (n=6), плоскоклеточный рак кожи (n=4) на фоне пигментной ксеродермы – лечение хирургическое; после терапии сонидегибом по поводу БКРК нижнего века правого глаза проведена иммунотерапия пембролизумабом по поводу плоскоклеточного рака кожи верхнего века правого глаза с полным клиническим ответом	Да
10	м	78	Кожа лица (нижнее веко левого глаза)	мрБКРК	Нет

 

Таблица 2. Эффективность и переносимость предшествующей терапии висмодегибом (n=3)

Table 2. Efficacy and tolerability of prior treatment with vismodegib (n=3)

Пациенты	Локализация БКРК	Наилучший ответ на фоне терапии висмодегибом, течение заболевания	Переносимость и причина отмены висмодегиба
4	мрБКРК (кожа лба)	Стабилизация (рентгенологическая и клиническая оценка). Рецидив через 3,5 мес после отмены терапии. Суммарная длительность терапии – 2 мес	Судороги 3-й степени, развитие сахарного диабета 2-го типа на фоне терапии висмодегибом. Отмена терапии висмодегибом в связи с НЯ
6	мрБКРК (кожа наружного угла правого глаза)	Частичный ответ (рентгенологическая оценка). Рецидив через 23 мес на фоне терапии висмодегибом, далее –хирургическое лечение (R1), возобновление терапии висмодегибом; продолженный рост опухоли через 10 мес. Суммарная длительность терапии висмодегибом – 35 мес	Боли в мышцах и мышечные спазмы 1-й степени, алопеция 2-й степени, головные боли 2–3-й степени (в первые месяцы терапии и на фоне курения), ухудшение памяти 1-й степени. Отмена терапии висмодегибом в связи с прогрессированием
9	мрБКРК (нижнего века правого глаза)	Полный ответ (клиническая оценка). Полный клинический ответ зарегистрирован через 6 мес после начала терапии висмодегибом (рецидив БКРК развился через 9 мес после отмены терапии висмодегибом, клиническая оценка, ПГИ перед началом терапии). Суммарная длительность терапии – 6 мес	Диарея до 4 раз в сутки (2-й степени) в первые месяцы терапии, боли в мышцах 2–3-й степени, мышечные спазмы 2–3-й степени, алопеция 1-й степени, головные боли 1–2-й степени, общая слабость и утомляемость 2-й степени, аменорея, снижение массы тела с 48 до 41,5 кг (на 6,5 кг или 14% – 2-я степень), снижение аппетита 2-й степени. Отмена терапии висмодегибом в связи с неудовлетворительной переносимостью и достижением полного клинического ответа
Примечание. Здесь и далее в табл. 3: ПГИ – прижизненное гистологическое исследование.

 

Эффективность терапии была оценена у 9 пациентов (09.2025), тогда как переносимость – у 10.

Оценка эффективности терапии сонидегибом проводилась в соответствии с критериями RECIST 1.1 с использованием комплекса диагностических методов, включавших клиническую оценку с документированием очагов поражения (фотографирование с линейкой), рентгенологические исследования (КТ/МРТ с внутривенным контрастированием) и морфологическую верификацию. Детализированная характеристика методов оценки эффективности лечения для каждого пациента (n=9) представлена в табл. 3. При оценке эффективности лечения сонидегибом в группе пациентов без предшествующей терапии висмодегибом объективные ответы были зарегистрированы у 4 из 7 пациентов (полные ответы – у 2 пациентов и частичные ответы – у 2 пациентов), ЧОО составила 57%. В группе пациентов после предшествующей терапии висмодегибом объективные ответы были отмечены у 1 из 3 пациентов (полный ответ – у 1 пациента), ЧОО составила 33,3%.

 

Таблица 3. Оценка эффективности терапии сонидегибом (n=9)

Table 3. Evaluation of the sonidegib therapy efficacy (n=9)

Пациенты	Оценка эффективности
	Согласно критериям RECIST 1.1		Морфологическая верификация до начала терапии сонидегибом и в процессе терапии
	Клиническая оценка	Рентгенологическая оценка
	Фотографирование очага с линейкой; эффект (ПО/ЧО/СЗ/ПЗ)	КТ или МРТ с внутривенным контрастированием; эффект (ПО/ЧО/СЗ/ПЗ)
Пациенты без предшествующей терапии висмодегибом (n=7)
1	СЗ	СЗ	Да
2	ПО	Не проводилась	Да. Полный ответ, подтвержденный морфологически
3	ПО	СЗ	Да. Полный ответ, подтвержденный морфологически
5	ЧО	ЧО	Да
7	СЗ	СЗ	Да
8	Не проводилась	ЧО	Да
Пациенты после предшествующей терапии висмодегибом (n=3)
4	ПЗ	СЗ	Да
6	ПЗ	ПЗ	Да. ПГИ до начала терапии – БКРК; ПГИ в процессе терапии – базально-плоскоклеточный РК; в схему терапии добавлен ниволумаб, без эффекта
9	ПО	Не проводилась	Нет
Примечание. ПО – полный ответ, ЧО – частичный ответ, СЗ – стабилизация заболевания, ПЗ – прогрессирование заболевания.

 

НЯ были зарегистрированы у 7 (70%) из 10 пациентов (табл. 4). У 1 (10%) пациента развились НЯ 3-й степени тяжести, что потребовало отмены терапии. У остальных 6 пациентов (60%) наблюдались НЯ 1–2-й степени тяжести.

 

Таблица 4. Переносимость терапии сонидегибом у всех пациентов, включенных в исследование (n=10)

Table 4. Tolerability of sonidegib therapy in all study patients (n=10)

Пациенты	Все НЯ, связанные с терапией	НЯ 3–4-й степени	Отмена терапии по причине НЯ
1	Общая слабость 1-й степени	Нет	Нет
2	Отсроченная алопеция 1-й степени спустя 3 мес после окончания терапии, дисгевзия сохраняется по настоящее время	Судороги верхних и нижних конечностей, мышечная слабость, макуло-папулезная сыпь	Да
3	Боли в мышцах нижних конечностей, дисгевзия 2-й степени
4	Нет	Нет	Нет
5	Тошнота 2-й степени, потеря массы тела 1-й степени
6	Боли в области межфаланговых суставов обеих кистей 1–2-й степени, общая слабость 1-й степени	Нет	Нет
7	Нет	Нет	Нет
8	Дисменорея 1–2-й степени
9	Слабость 2-й степени, боли в мышцах 2-й степени, тошнота и боли в животе 1–2-й степени, алопеция 1-й степени	Нет	Нет
10	Нет	Нет	Нет

 

Особый интерес представляют два клинических случая. У первого пациента, имевшего в анамнезе судороги 3-й степени на фоне терапии висмодегибом, при переходе на сонидегиб не зафиксировано развитие аналогичных осложнений. У второго пациента терапия сонидегибом характеризовалась удовлетворительным профилем переносимости, в отличие от ранее отмечавшихся на фоне приема висмодегиба НЯ 2–3-й степени (судорог, гастроинтестинальных НЯ).

Длительность наблюдения за пациентами на фоне и после приема сонидегиба составила 4,2–13,7 мес, медиана наблюдения – 10,5 мес, ВБП через 6 мес после начала терапии сонидегибом – 74,1% [95% доверительный интервал 48,4–100]. Сводные данные по эффективности и токсичности на момент оценки данных (09.2025) представлены в табл. 5.

 

Таблица 5. Эффективность и переносимость терапии сонидегибом у всех включенных в исследование пациентов, абс. (%)

Table 5. Efficacy and tolerability of sonidegib therapy in all enrolled patients, n (%)

Характеристика	Все включенные в исследование пациенты (n=10)	Без предшествующей терапии ингибитором Hh (n=7)	Ранее получавшие висмодегиб (n=3)
Эффективность
Полный ответ	3 (30)	2 (28,6)	1 (33,3)
Частичный ответ	2 (20)	2 (28,6)	0 (0)
Стабилизация	2 (20)	2 (28,6)	0 (0)
Прогрессирование заболевания	2 (20)	0 (0)	2 (66,7)
Не оценен	1 (10)	1 (14)	0 (0)
Переносимость
Все НЯ (включая 3–4-ю степень и отмену терапии)	7 (70)	5 (71)	2 (66,7)
НЯ 3–4-й степени	1 (10)	1 (14)	0
НЯ, которые привели к отмене терапии	1 (10)	1 (14)	0

 

Обсуждение

Предварительные результаты продолжающегося исследования реальной клинической практики B-SURE демонстрируют обнадеживающую эффективность препарата сонидегиб у пациентов с распространенным БКРК. ЧОО составила 57%, что сопоставимо с данными регистрационных исследований ингибиторов сигнального пути Hh, хотя и несколько ниже ввиду малого размера выборки и короткого периода наблюдения. Медиана ВБП не достигнута, а 6-месячная ВБП составила 74,1% [95% доверительный интервал 48,4–100], что указывает на устойчивый клинический эффект в ранние сроки терапии.

Сравнивая полученные нами данные с результатами регистрационных исследований, следует отметить, что в исследовании II фазы ERIVANCE при терапии висмодегибом ЧОО согласно критериям RECIST 1.0 составила 60,3% при мрБКРК и 48,5% при мБКРК, тогда как в исследовании BOLT с сонидегибом ЧОО составила 74,2 и 23,1% соответственно [13]. В нашем исследовании, включающем 10 пациентов (преимущественно с мрБКР), получены сопоставимые данные по ЧОО, несмотря на гетерогенность популяции, включающей пациентов с предшествующей терапией висмодегибом в анамнезе (у 3 пациентов на момент начала терапии сонидегибом было отмечено прогрессирование заболевания в разные периоды времени в процессе или после предшествующей терапии висмодегибом). Тем не менее на фоне приема сонидегиба у большинства пациентов (70%) был достигнут контроль над заболеванием, что подтверждает его ценность как альтернативы висмодегибу, в том числе в случаях непереносимости (среди 3 пациентов с ранее зарегистрированной неудовлетворительной переносимостью терапии висмодегибом использование сонидегиба не привело к развитию НЯ). В целом профиль безопасности сонидегиба в клиническом исследовании B-SURE был приемлемым: НЯ 1–2-й степени были отмечены у 70% пациентов, а тяжелые НЯ 3–4-й степени – у 10%, что соответствует данным регистрационных исследований ERIVANCE и BOLT.

Ограничениями нашего исследования стали короткий период наблюдения и отсутствие прямого сравнения с висмодегибом в одной популяции.

Заключение

Сонидегиб продемонстрировал высокую эффективность (ЧОО 57%) в лечении пациентов с распространенным БКРК без предшествующей терапии ингибиторами Hh в анамнезе и приемлемый профиль безопасности в реальной клинической практике, в том числе у пациентов с непереносимостью другого ингибитора Hh – висмодегиба.

Раскрытие интересов. Авторы декларируют отсутствие явных и потенциальных конфликтов интересов, связанных с публикацией настоящей статьи.

Disclosure of interest. The authors declare that they have no competing interests.

Вклад авторов. Авторы декларируют соответствие своего авторства международным критериям ICMJE. К.В. Орлова, В.В. Назарова, Н.Н. Петенко, Л.В. Демидов – разработка концепции статьи, написание и редактирование текста статьи, проверка и утверждение текста статьи; К.В. Орлова, В.В. Назарова, Н.Н. Петенко – получение и анализ фактических данных.

Authors’ contribution. The authors declare the compliance of their authorship according to the international ICMJE criteria. K.V. Orlova, V.V. Nazarova, N.N. Petenko, L.V. Demidov – development of the article concept, writing and editing the article text, checking and approving the article text; K.V. Orlova, V.V. Nazarova, N.N. Petenko – obtaining and analyzing factual data.

Соответствие принципам этики. Протокол неинтервенционного исследования MELPRO-0325, форма информированного согласия, версия 01, рассмотрены и одобрены этическим комитетом ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н.Блохина», выписка из протокола №3 от 27.03.2025, а также этическим комитетом «БиоЭтика» (г. Санкт-Петербург), выписка №1 из протокола №319 от 24.04.2025 (одобрены документы исследования и его проведение, запланирован плановый пересмотр). Исследование проводится в соответствии с Хельсинкской декларацией, Федеральными законами РФ №323, 152 и национальным стандартом ГОСТ Р 52379-2005 («Надлежащая клиническая практика»).

Ethics approval. The protocol of the non-interventional study MELPRO-0325, informed consent form, version 01, have been reviewed and approved by the Ethics Committee of Blokhin National Medical Research Center of Oncology, extract from protocol No. 3 dated 27.03.2025, and by the BioEthics Ethics Committee (Saint Petersburg), extract No. 1 from protocol No. 319 dated 24.04.2025 (the study documents and its conduct have been approved, a scheduled review is planned). The study is conducted in accordance with the Declaration of Helsinki, Federal Laws of the Russian Federation No. 323, 152, and the national standard GOST R 52379-2005 ("Good Clinical Practice").

Источник финансирования. Материал подготовлен при финансовой поддержке компании SUN PHARMACEUTICAL INDUSTRIES. Спонсор не участвовал в сборе, анализе данных, интерпретации результатов. При подготовке рукописи авторы сохранили независимость мнений.

Funding source. The paper was prepared with the financial support of the SUN PHARMACEUTICAL INDUSTRIES. The sponsor was not involved in the data collection and analysis and the interpretation of results. In preparing the manuscript, the authors maintained the independence of opinion.

Информированное согласие на публикацию. Пациенты подписали форму добровольного информированного согласия на публикацию медицинской информации.

Consent for publication. Written consent was obtained from the patients for publication of relevant medical information and all of accompanying images within the manuscript.

About the authors

Kristina V. Orlova

Blokhin National Medical Research Center of Oncology

Author for correspondence.
Email: krisman03@gmail.com
ORCID iD: 0000-0002-0442-5917

D. Sci. (Med.)

Russian Federation, Moscow

Valeria V. Nazarova

Blokhin National Medical Research Center of Oncology

Email: krisman03@gmail.com
ORCID iD: 0000-0003-0532-6061

Cand. Sci. (Med.)

Russian Federation, Moscow

Natalia N. Petenko

Blokhin National Medical Research Center of Oncology

Email: krisman03@gmail.com
ORCID iD: 0000-0002-5692-0223

Cand. Sci. (Med.)

Russian Federation, Moscow

Lev V. Demidov

Blokhin National Medical Research Center of Oncology

Email: krisman03@gmail.com
ORCID iD: 0000-0002-8562-6082

D. Sci. (Med.), Prof.

Russian Federation, Moscow

References

Supplementary files